«Математичность» мышления

«Математичность» мышления Фарадея можно иллюстрировать его законами электролиза или, например, формулировкой закона электромагнитной индукции: «количество приведенного в движение электричества прямо пропорционально числу пересеченных силовых линий». Достаточно представить себе последнюю формулировку в виде математических символов, и мы немедленно получаем формулу.

Д. К. Максвелл, родившийся в год открытия явления электро-магнитной индукции, очень скромно оценивал свои заслуги перед наукой, подчеркивая, что он лишь развил и облек в математическую форму идеи Фарадея.

Максвеллову теорию электромагнитного поля по достоинству оценили ученые конца прошлого и начала нынешнего веков, когда на почве идей Фарадея – Максвелла начала развиваться радиотехника.

Для характеристики прозорливости Фарадея, его умения мысленным взором проникать в глубь сложнейших физических явлений важно напомнить здесь то, что еще в 1832 г. гениальный ученый рискнул предположить, что электромагнитные процессы носят волновой характер, причем «магнитные колебания» и электрическая индукция распространяются с конечной скоростью.

В конце 1938 г. в архивах Лондонского Королевского общества было обнаружено запечатанное письмо М. Фарадея, датированное 12 марта 1832 г. Оно пролежало в безвестности более ста лет, а в нем были такие строки:

«Некоторые результаты исследований… привели меня к заключению, что на распространение магнитного воздействия требуется время, т.е. при воздействии одного магнита на другой отдаленный магнит или кусок железа влияющая причина (которую я позволю себе назвать магнетизмом) распространяется от магнитных тел постепенно и для своего распространения требует определенного времени, которое, очевидно, окажется весьма незначительным.

Я полагаю также, что электрическая индукция распространяется точно таким же образом. Я полагаю, что распространение магнитных сил от магнитного полюса похоже на колебания взволнованной водной поверхности или же на звуковые колебания частиц воздуха, т.е. я намерен приложить теорию колебаний к магнитным явлениям, как это сделано по отношению к звуку и является наиболее вероятным объяснением световых явлений.

По аналогии я считаю возможным применять теорию колебаний к распространению электрической индукции. Эти воззрения я хочу проверить экспериментально, но так как мое время занято исполнением служебных обязанностей, что может вызвать продление опытов… я хочу, передавая это письмо на хранение Королевскому обществу, закрепить открытие за собой определенной датой…”

Поскольку эти идеи Фарадея оставались неизвестными, нет никаких оснований отказывать великому его соотечественнику Максвеллу в открытии этих же идей, которым он придал строгую физико-математическую форму и фундаментальное значение.


. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .